В Италии развернулась острая дискуссия вокруг возможного участия национальной сборной в чемпионате мира‑2026 без прохождения спортивного отбора. Президент Национального олимпийского комитета страны Лучано Буонфильо и министр спорта и молодежи Андреа Абоди выступили с жесткой позицией: сборная Италии не должна соглашаться на вариант, при котором она может заменить команду Ирана на турнире в США, Канаде и Мексике.
Поводом для обсуждения стало предложение специального посланника президента США Дональда Трампа по глобальным партнёрствам Паоло Дзамполли. Он высказал идею допустить итальянскую сборную на чемпионат мира вместо иранцев, если те откажутся от участия. Таким образом, Италия получила бы возможность сыграть на мировом первенстве не благодаря результатам квалификации, а по политико-организационному решению.
Ранее министр спорта Ирана Ахмад Доньямали заявил, что национальная команда продолжает подготовку к чемпионату мира, который должен пройти с 11 июня по 19 июля в трёх североамериканских странах. При этом он допустил, что при определённых обстоятельствах Иран может отказаться от участия в турнире, хотя подобный сценарий он назвал крайним и нежелательным.
Именно этот потенциальный отказ и стал основанием для инициативы Дзамполли. Однако в Италии к подобному предложению отнеслись резко отрицательно. Глава Национального олимпийского комитета Лучано Буонфильо подчеркнул, что подобный путь на чемпионат мира противоречит самому духу спорта и принципам честной борьбы.
«Во‑первых, я не считаю, что подобный вариант вообще реалистичен. Во‑вторых, для меня это было бы оскорблением. Чтобы попасть на чемпионат мира, это нужно заслужить», — заявил Буонфильо. По его словам, участие на крупнейшем футбольном турнире планеты должно быть итогом честной квалификации, а не результатом кулуарных решений или политических манёвров.
Министр спорта и молодёжи Андреа Абоди поддержал позицию главы НОК и также выступил против возможного приглашения сборной Италии в качестве «резервной» команды. «Это неуместно, квалификация происходит на поле», — подчеркнул он. Абоди напомнил, что система отбора выстроена так, чтобы каждый участник проходил один и тот же путь, и любые исключения подрывают доверие к турниру.
Сборная Ирана, согласно жеребьёвке, должна провести матчи группового этапа чемпионата мира‑2026 против команд Новой Зеландии, Бельгии и Египта. Эта группа уже сформирована, и любые изменения, связанные с возможной заменой одного из участников, могут создать прецедент, способный повлиять на репутацию мирового первенства.
Итальянская сторона фактически дала понять, что даже в случае официального предложения занять место Ирана, национальная команда не намерена соглашаться на такой сценарий. В футбольной среде Италии подобный шаг рассматривают как подрыв собственных принципов и признание того, что страна больше не в состоянии добиваться спортивных результатов честным путём.
Контекст делает ситуацию особенно болезненной для итальянских болельщиков: в последние годы национальная команда уже пережила серию неудач в отборочных циклах и пропускала крупные турниры, несмотря на высокий статус и богатую футбольную историю. Тем не менее именно эти неудачи, по мнению руководителей спорта в стране, должны стать стимулом к реформам и работе над ошибками, а не поводом искать обходные пути через политические инициативы.
Позиция Буонфильо и Абоди во многом отражает более широкий принцип: участие в мировом первенстве — это не только престиж, но и вопрос репутации. Для Италии, которая традиционно ассоциируется с сильным чемпионатом, яркой футбольной школой и четырьмя завоёванными титулами мировых чемпионов, появление на турнире «по приглашению» выглядело бы как признание собственной слабости и зависимость от внешних решений, а не от игры команды.
Кроме того, в самой идее замены одной национальной сборной другой уже заложен конфликт с основами спортивного равенства. Если одна страна получает шанс по итогам жеребьёвки и квалификации, а другая — за счёт политических договорённостей, это автоматически вызывает вопросы у других участников. Итальянские спортивные руководители, судя по их заявлениям, не хотят, чтобы их сборная стала частью подобного прецедента.
Важно и то, что футбол на уровне чемпионата мира выходит далеко за рамки спорта. Это одновременно дипломатия, экономика, национальный имидж. В условиях, когда и без того часто звучат обвинения в адрес международных организаций в избирательности и влиянии политики на решения, демонстративный отказ Италии от «подарочного» места выглядит попыткой сохранить моральный капитал и показать приверженность спортивным принципам.
Отдельного внимания заслуживает и реакция внутри самой футбольной среды Италии. Для тренеров, игроков и функционеров признать участие в турнире без отбора — значит согласиться с тем, что их труд и результаты не являются главным критерием. На этом фоне заявление о том, что «чемпионат мира нужно заслужить», становится своего рода манифестом профессиональной гордости и уважения к соперникам, уже завоевавшим право сыграть на турнире.
С точки зрения болельщиков ситуация также неоднозначна. С одной стороны, фанаты мечтают видеть свою команду на чемпионате мира, и для многих сам факт участия важнее пути, которым оно достигнуто. С другой — часть аудитории негативно относится к идее «обходного» попадания на турнир, опасаясь, что это навсегда останется пятном в истории сборной и будет напоминать о том, что команда не сумела пробиться туда сама.
Если рассматривать вопрос шире, кейс с возможной заменой Ирана Италией поднимает проблему баланса между спортом и политикой в современном футболе. Чемпионат мира‑2026 и так станет уникальным: расширенный формат, три страны‑организатора, новый календарь. На этом фоне особенно важно, чтобы критерии допуска команд оставались максимально прозрачными и понятными, без исключений по «особым обстоятельствам».
Позиция официальных лиц Италии показывает, что крупные футбольные державы готовы жертвовать краткосрочной выгодой ради долгосрочной репутации и сохранения принципа спортивной справедливости. Для международного футбольного сообщества это может стать сигналом: даже в условиях сложных политических и организационных раскладов фундаментом турниров подобного уровня должны оставаться спортивные результаты.
Тем временем подготовка к чемпионату мира‑2026 продолжается по плану. Сборная Ирана, несмотря на заявления о возможном отказе, ведёт подготовку к матчам с Новой Зеландией, Бельгией и Египтом и официально остаётся участником турнира. Любые изменения статуса команды будут иметь далеко идущие последствия как для группы, так и для общего восприятия чемпионата.
Все матчи финальной стадии мирового первенства, которое пройдёт с 11 июня по 19 июля в США, Канаде и Мексике, эксклюзивно покажет «Матч ТВ». Российские зрители смогут увидеть выступления всех участников турнира, а также проследить, как будет развиваться ситуация вокруг сборных Ирана и Италии в преддверии старта чемпионата мира.